Российский рынок препаратов для снижения веса превращается в одну из самых быстрорастущих терапевтических категорий за счет локализации GLP-1 и отказа от патентной защиты
За первый квартал 2026 года российский рынок препаратов на основе семаглутида и тирзепатида вырос более чем в три раза и достиг 17 млрд рублей. Драйвером стал выход отечественных аналогов и снятие патентных барьеров. Категория стремительно масштабируется, но одновременно усиливаются риски неконтролируемого применения и возможного ужесточения регулирования.
 |
| Рост продаж GLP-1 препаратов меняет роль фармацевта — консультация становится частью контроля рисков |
Тирзепатид стал триггером нового этапа роста после насыщения рынка семаглутида
Российский рынок препаратов для лечения ожирения и диабета 2 типа вошел в фазу ускоренного роста. По данным RNC Pharma, в I квартале 2026 года продажи семаглутида (semaglutide) и тирзепатида (tirzepatide) достигли 17 млрд рублей против 5,2 млрд годом ранее.
Ключевое изменение — появление на рынке тирзепатида, более нового класса агонистов рецепторов GLP-1/GIP, который на глобальном уровне уже сместил семаглутид с позиции лидера. Если ранее рост обеспечивался в основном за счет семаглутида, то теперь именно тирзепатид формирует основной прирост категории.
Показательно, что всего за год продажи тирзепатида в России выросли с 64 млн рублей в I квартале 2025 года до 8,6 млрд рублей в аналогичном периоде 2026-го. Это не просто рост — это смена технологической базы категории.
«Промомед» и «Герофарм» закрепили почти полный контроль над сегментом
Фактическими бенефициарами расширения рынка стали две российские компании — Промомед и Герофарм.
Промомед сформировал выручку 9,24 млрд рублей за квартал, из которых:
- «Тирзетта»: 5,74 млрд рублей (тирзепатид)
- Семаглутид: 3,4 млрд рублей («Квинсента» и «Велгия»)
Герофарм получил 7,57 млрд рублей:
- «Семавик»: 4,7 млрд рублей (семаглутид)
- «Седжаро»: 2,8 млрд рублей (тирзепатид)
В сегменте семаглутида их совокупная доля достигает 96%. Остальные участники, включая ПСК Фарма, Фармасинтез и Аксельген, занимают маргинальную долю — менее 320 млн рублей в квартал.
Фактически рынок сформировался как дуополия, где масштаб производства, скорость вывода аналогов и доступ к сырью стали ключевыми барьерами входа.
Регуляторное решение 2023 года перезапустило категорию
Рынок не вырос органически — его перезапустило государственное решение.
После ухода Novo Nordisk с российским брендом «Оземпик» (semaglutide) в 2023 году образовалась рыночная ниша. Однако российские производители не могли ее занять из-за патентной защиты действующего вещества.
Перелом произошел в декабре 2023 года, когда правительство выдало принудительные лицензии на семаглутид. Это решение позволило локальным компаниям начать коммерческие продажи.
Динамика показательная:
- 2023 год: 1,85 млрд рублей
- 2024 год: 9,7 млрд рублей
- 2025 год: 27,1 млрд рублей
Таким образом, рынок вырос почти в 15 раз за два года, что редко встречается даже в быстрорастущих фармкатегориях.
Отказ Eli Lilly от патентной защиты ускорил распространение тирзепатида
С тирзепатидом ситуация развивалась иначе. Оригинальный препарат Mounjaro компании Eli Lilly изначально не поставлялся в Россию. Однако в ноябре 2024 года компания отказалась от патентной защиты на территории страны.
Это открыло прямое окно для локальных производителей:
- Январь 2025: регистрация «Тирзетты» (Промомед)
- Апрель 2025: выход «Седжаро» (Герофарм)
Таким образом, рынок сразу стартовал без конкуренции со стороны оригинального препарата, что резко ускорило проникновение.
Российская динамика фактически повторяет глобальную, но с лагом примерно 1–2 года. На международном уровне тирзепатид уже стал самым продаваемым лекарством в мире: в III квартале 2025 года продажи превысили $10 млрд, обогнав онкологический препарат пембролизумаб (Keytruda) компании Merck.
Масштаб проблемы ожирения формирует устойчивый спрос вне зависимости от цены
Рост категории объясняется не только доступностью препаратов, но и фундаментальным спросом. По данным Росстата, около 60% взрослых россиян имеют избыточный вес, а примерно каждый четвертый страдает ожирением.
Директор научно-исследовательского центра Герофарм Роман Драй указывает, что лишний вес перестает быть индивидуальной проблемой и становится системным фактором давления — как медицинского, так и социального.
В этой логике препараты на основе GLP-1 становятся не просто терапией, а инструментом поведенческого и социального контроля веса. Это усиливает спрос даже вне строгих медицинских показаний.
Рост категории сопровождается накоплением сигналов по безопасности вне клинических исследований
Параллельно с ростом продаж усиливается блок рисков. Исследование Пенсильванского университета, опубликованное в Nature Health, проанализировало более 410 000 сообщений пользователей, принимающих семаглутид и тирзепатид.
Из 67 000 пациентов 43,5% сообщили хотя бы об одном побочном эффекте. Наиболее частые — тошнота (36,9%), рвота (16,3%), запоры (15,3%), диарея (12,6%).
Отдельное внимание привлекли эффекты, не отраженные в инструкциях: нарушения менструального цикла и межменструальные кровотечения. Дополнительные риски, на которые указывают российские специалисты: потеря мышечной массы, гипогликемия, воспаление поджелудочной железы и нарушения пищевого поведения.
Стоматологическая практика также фиксирует новые осложнения: хроническая сухость полости рта, ухудшение состояния десен и снижение эффективности лечения при сопутствующем диабете.
Государство пока делает ставку на доступность, а не на контроль
Несмотря на обсуждения ужесточения регулирования, включая возможное введение предметно-количественного учета, фактическая политика остается противоположной. Государство продлевает принудительные лицензии и расширяет доступ к препаратам, не вводя жестких ограничений на отпуск.
При этом в системе «Честный знак» уже зарегистрировано 17 торговых наименований семаглутида и тирзепатида. Это означает, что рынок находится в фазе расширения предложения, а не его сдерживания.
Где рынок почувствует давление уже в ближайшие 12–18 месяцев
Сложившаяся динамика создает сразу несколько практических эффектов. Во-первых, категория препаратов для снижения веса становится одним из ключевых драйверов аптечной выручки. Это меняет приоритеты в управлении ассортиментом.
Во-вторых, усиливается давление на маркетинг. Спрос формируется не только врачами, но и пациентами, что требует пересмотра коммуникационных стратегий, включая образовательный контент и работу с ожиданиями.
В-третьих, возрастает регуляторный риск. Рост числа побочных эффектов и самоназначений с высокой вероятностью приведет к пересмотру правил отпуска — вопрос только во времени.
В-четвертых, конкуренция будет смещаться в сторону цены и доступности. При появлении новых производителей маржинальность категории может начать снижаться, особенно в сегменте семаглутида.
Наконец, меняется профиль пациента: все больше потребителей используют препараты вне строгих медицинских показаний, что расширяет рынок, но одновременно повышает риск негативного регуляторного вмешательства.
Российская фармрозница входит в фазу «массового GLP-1» с новыми рисками и возможностями
Для российского рынка это означает переход к новой модели потребления. GLP-1 препараты становятся массовым продуктом, драйвером трафика в аптеки и инструментом формирования лояльности.
Одновременно возрастает нагрузка на фармспециалистов: необходимость консультирования по побочным эффектам, управление ожиданиями пациентов и работа с off-label спросом. Для компаний это открывает окно масштабирования, но требует более зрелого управления рисками.
Данная публикация предназначена для специалистов здравоохранения и участников фармрынка. Аналитические выводы редакции носят информационный характер и не являются призывом к самолечению или заменой очной консультации врача. При работе с лекарственными препаратами необходимо руководствоваться официальной инструкцией и мнением профильного специалиста. Полный текст дисклеймера.