«Фарма-2030» упирается не в амбиции, а в регуляторную инерцию
Генеральный директор компании Герофарм Петр Родионов публично поставил под сомнение достижимость ключевых целей стратегии «Фарма-2030». По Вышей оценке, отрасль уже готова к следующему этапу локализации — производству полного цикла и развитию инновационных препаратов, однако действующие регуляторные механизмы тормозят инвестиции и делают долгосрочное планирование слишком рискованным. Фактически речь идет о конфликте между заявленными государством задачами технологического суверенитета и недостаточной предсказуемостью правил для бизнеса.
 |
| Российская фарма готова к следующему этапу локализации, но рынок все чаще упирается в неопределенность правил |
Герофарм фактически поставил вопрос о пересмотре логики всей индустриальной политики
Выступление генерального директора компании Герофарм Петра Родионова на Российском фармацевтическом форуме им. Семашко стало не просто отраслевой критикой отдельных регуляторных решений. По сути, речь идет о сомнении в способности текущей модели управления довести стратегию «Фарма-2030» до заявленных показателей.
Родионов прямо заявил, что отрасль «утрачивает пассионарность» и движется недостаточно быстро для достижения целей по инновациям, экспорту и локализации субстанций. Особенно важно, что подобные заявления прозвучали не со стороны внешних аналитиков, а от одного из крупнейших российских производителей, активно инвестировавших в локальное производство.
Российская фарма уже технологически готова двигаться к глубокой локализации и собственным разработкам, но инвестиционная логика разрушается из-за недостаточной определенности правил.
Это принципиально меняет акцент дискуссии. Еще несколько лет назад основным вопросом было наличие производственных мощностей и компетенций. Теперь индустрия все чаще говорит о проблеме регуляторной архитектуры.
Перечень стратегически значимых препаратов превращается в узкое место системы
Центральной темой выступления стал Перечень стратегически значимых лекарственных средств. Изначально этот инструмент задумывался как механизм стимулирования локализации и лекарственной безопасности. Однако, по оценке Герофарм, действующая модель перестает выполнять функцию инвестиционного ориентира.
Родионов предложил установить жесткое и понятное правило: препараты из второй части перечня должны автоматически переходить в первую через два года. Для бизнеса это означает предсказуемый горизонт возврата инвестиций и возможность заранее оценивать экономику глубокой локализации.
Сейчас одна из главных проблем заключается именно в неопределенности. Компании не всегда понимают:
- Преференции: какие преференции они реально получат;
- Устойчивость: насколько устойчивыми окажутся регуляторные стимулы;
- Поддержка: сохранится ли поддержка после инвестиций в локализацию субстанций;
- Приоритеты: как быстро государство будет обновлять приоритеты.
Для капиталоемкой отрасли с инвестиционным циклом в несколько лет подобная неопределенность становится серьезным ограничителем. Особенно чувствителен этот вопрос для производства фармацевтических субстанций. В отличие от локализации готовой лекарственной формы, такие проекты требуют существенно более длинного горизонта окупаемости и значительно более высоких капитальных затрат.
Дискуссия смещается от дженериков к инновационной модели
Еще один важный сигнал касается критики критериев включения препаратов в стратегический перечень. По словам Родионова, система продолжает во многом ориентироваться на «старые дженерики», тогда как задача «Фармы-2030» изначально предполагала рост инновационного сегмента.
Это отражает более широкий отраслевой конфликт. Российская модель импортозамещения последних лет оказалась достаточно эффективной для расширения локального выпуска традиционных препаратов. Однако переход к инновационной фарме требует уже другой логики поддержки: более длинных инвестиционных циклов, стимулирования исследований и понятной защиты вложений.
Фактически отрасль начинает говорить о завершении эпохи «локализации ради локализации». Следующий этап — конкуренция за современные молекулы, биотехнологии и экспортный потенциал. Для государства это означает необходимость балансировать между двумя задачами: обеспечением лекарственной безопасности и формированием полноценной инновационной экосистемы.
Система прослеживаемости становится инструментом доверия, а не только контроля
Отдельное внимание Родионов уделил системе прослеживаемости препаратов. На первый взгляд этот тезис может выглядеть техническим, однако его значение значительно шире. Российская фарма долгое время сталкивалась с проблемой недоверия государства к глубине локализации и происхождению субстанций.
По оценке Герофарм, современная система прослеживаемости уже позволяет практически исключить манипуляции с происхождением сырья и компонентов. Если государство признает систему прослеживаемости полноценным инструментом верификации, это может снизить административную нагрузку и упростить доступ к мерам поддержки.
Для рынка это означает постепенный переход от ручного контроля к цифровой модели подтверждения происхождения продукции.
Правило «третий лишний» остается главным примером успешного промышленного стимула
Не случайно Родионов в качестве положительного примера напомнил о механизме «третий лишний». Этот инструмент действительно стал одним из ключевых факторов массовой локализации производства в России. После его внедрения многие международные и российские компании ускорили перенос выпуска препаратов на локальные площадки.
Однако эффект «третьего лишнего» во многом был ограничен стадией готовой лекарственной формы. Сейчас отрасль пытается добиться аналогичного инвестиционного импульса уже для субстанционного производства и инновационных разработок.
Проблема в том, что следующий этап существенно сложнее предыдущего. Производство субстанций требует более высокой технологической базы, химической инфраструктуры и квалифицированных кадров. На фоне санкционных ограничений эта задача становится еще более капиталоемкой.
Почему российский фармрынок может столкнуться с новым дефицитом инвестиционных проектов
Заявления Герофарм важны не только как отраслевой сигнал, но и как индикатор настроений крупных российских производителей. Если рынок начинает сомневаться в достижимости целей «Фармы-2030», это способно повлиять на инвестиционное поведение всей индустрии.
Для аптечного сегмента это тоже не является абстрактной дискуссией. От того, насколько успешно российская фарма сможет перейти к более глубокой локализации, зависит устойчивость поставок, ассортимент и ценовая стабильность ряда категорий. Дополнительное значение имеет экспортная повестка: без масштабирования производства субстанций российским компаниям будет сложно усиливать позиции на внешних рынках.
Где рынок почувствует давление быстрее всего
На практике главный риск заключается не в формальном невыполнении KPI стратегии «Фарма-2030», а в замедлении отраслевой динамики. Если правила поддержки останутся недостаточно предсказуемыми, рынок может перейти в более осторожный режим: меньше долгосрочных проектов и концентрация на зрелых дженериковых сегментах.
Это особенно критично именно сейчас, когда глобальная фарма ускоряет переход к биотехнологическим платформам и персонализированной медицине. Для российских компаний окно возможностей остается открытым, но становится существенно уже. И именно об этом фактически говорит Герофарм: вопрос уже не в необходимости движения вперед, а в скорости принятия решений.
Данная публикация предназначена для специалистов здравоохранения и участников фармрынка. Аналитические выводы редакции носят информационный характер и не являются призывом к самолечению или заменой очной консультации врача. При работе с лекарственными препаратами необходимо руководствоваться официальной инструкцией и мнением профильного специалиста. Полный текст дисклеймера.