К 2026 году Китай фактически завершает переход от «фабрики дженериков» к глобальному центру биотехнологических разработок. Несмотря на геополитическую напряженность, крупнейшие фармкомпании мира продолжают расширять присутствие в стране, опираясь на регуляторные реформы, кадровый потенциал и масштаб внутреннего рынка.
Глобальные корпорации разворачивают в стране долгосрочные инвестиционные программы. AstraZeneca инвестирует до $15 млрд в R&D-центры в Пекине и Шанхае и расширение заводов в Уси и Тайчжоу. Pfizer развивает онкоцентр в Ханчжоу и партнерства в области миеломы. Sanofi управляет сетью заводов и исследовательских центров, Novo Nordisk наращивает мощности под препараты от диабета и ожирения, а Novartis строит завод радиолигандов в Хайяне. На странице 2 файла приведена карта ключевых инвестиций и направлений, включая онкологию, клеточную терапию и радиофармацевтику.
Китайский рынок повторяет путь, который ранее прошли Южная Корея и Сингапур, превратившись из производственных хабов в центры инноваций. Аналогично тому, как в 2000-х годах Южная Корея стала глобальным игроком в биосимилярах, КНР сегодня ускоряет цикл от лаборатории до клиники за счет реформ и плотной сети клинических баз.
Конкуренция обостряется не только между западными и китайскими корпорациями, но и внутри страны. Локальные компании быстро осваивают сложные терапии, а глобальные игроки вынуждены делиться технологиями через лицензионные сделки и совместные разработки. При этом геополитические риски, регуляторное давление и случаи вмешательства властей создают для инвесторов дополнительную неопределенность.
В долгосрочной перспективе Китай становится для Big Pharma не просто рынком сбыта, а ключевой площадкой для диверсификации глобальных цепочек разработки и производства. Экономическая логика — доступ к технологиям, кадрам и пациентской базе — перевешивает политические риски, формируя новый центр притяжения мировой биофармы.