Второе место занял Tremfya (гуселькумаб) от Johnson & Johnson. Препарат совершил резкий рывок вверх, увеличив рекламный бюджет в 2,7 раза — до $431 млн. За год было показано 15 роликов, охватывающих псориаз, воспалительные заболевания кишечника и псориатический артрит.
Третью позицию занял еще один препарат AbbVie — Rinvoq (упадацитиниб) с расходами $376,4 млн против $338,1 млн в 2024 году. В эфире транслировалось 11 роликов, посвященных экземе, язвенному колиту, болезни Крона и артриту.
Четвертое место сохранил агонист GLP-1 Wegovy (семаглутид) от Novo Nordisk: $298,1 млн было потрачено всего на три рекламных ролика. Пятерку замкнул Dupixent (дупилумаб) — совместная разработка Sanofi и Regeneron, сократившая бюджет до $241,3 млн.
Ключевой площадкой для фармацевтической рекламы вновь стали трансляции матчей NFL, включая финал сезона — Супербоул. Как и в случае с автопроизводителями в 1990-е или IT-корпорациями в эпоху доткомов, массовая ТВ-реклама отражает стратегию захвата широкой аудитории в условиях жесткой конкуренции и истечения патентной защиты ключевых препаратов.
США остаются одной из немногих стран, где разрешена прямая реклама рецептурных препаратов на телевидении — наряду с Новой Зеландией. В Европе и Японии подобные бюджеты были бы невозможны из-за регуляторных ограничений. В этом смысле современная гонка иммунологических брендов напоминает «статиновую войну» начала 2000-х, когда компании боролись за внимание пациентов через массовые медиа, формируя рынок задолго до визита к врачу.