Минэкономразвития предлагает закрепить параллельный импорт как постоянный механизм ввоза товаров без согласия правообладателя. Об этом сообщил министр экономического развития Максим Решетников. Речь идет о системном решении, которое должно заменить временный «антикризисный» режим, действующий с весны 2022 года.
В настоящее время в России действует международный режим, допускающий ввоз оригинальных товаров без разрешения правообладателя, однако он охватывает лишь ограниченный перечень критически важных позиций. Перечень параллельного импорта регулярно пересматривается: позиции исключаются по мере появления альтернатив — как за счет отечественных производителей, так и брендов из дружественных стран, а также при восстановлении официальных каналов поставок.
Аналогичные подходы применялись и за пределами России. В разные годы принудительное лицензирование использовали Индия, Бразилия и Таиланд — прежде всего для расширения доступа к жизненно важным лекарствам и снижения зависимости от транснациональных фармкорпораций. В ЕС и США подобные меры допускаются как исключение в условиях чрезвычайных обстоятельств, но не закрепляются как универсальный режим, что делает российский подход более радикальным и долгосрочным.
Рынок при этом уже демонстрирует сдвиг. Глава Минпромторга Антон Алиханов ранее отмечал, что прогноз по объему параллельного импорта на уровне $25 млрд по итогам 2025 года устарел: поставки устойчиво сокращаются и, по оценке ведомства, продолжат снижаться в 2026 году. Замещение происходит за счет развития собственного производства и роста импорта из дружественных юрисдикций, что усиливает конкуренцию внутри страны и повышает требования к качеству, регистрации и ценообразованию.
В долгосрочной перспективе постоянный режим параллельного импорта и принудительных лицензий меняет баланс сил на фармрынке: правообладатели теряют эксклюзивность, а локальные производители получают стимулы к ускоренному запуску аналогов и дженериков. При этом ключевым вызовом остается сохранение инвестиционной привлекательности отрасли и предотвращение технологической изоляции.
Фактически правительство делает ставку на институционализацию экстренных мер: параллельный импорт из временного антикризисного инструмента превращается в элемент новой промышленной и лекарственной политики, ориентированной на устойчивость поставок и снижение внешней зависимости.